Буэнос-Айрес, 10 апреля 1957 года. Девять часов вечера. Анте Павелич, бывший «поглавник» Независимого государства Хорватия, выходит из автобуса. Человек, чье имя стало синонимом нечеловеческой жестокости, привык оглядываться по сторонам — паранойя была его верным спутником в эмиграции.
Заметив в темноте фигуру, стремительно приближающуюся к нему, Павелич не стал ждать. Он выхватил пистолет и с криком: «Еби свою мать, серб, еврей и коммунист!» — открыл огонь. Промахнулся. В ответ прозвучала серия выстрелов. Две пули достигли цели: одна пробила руку, другая вошла в позвоночник. Фашист рухнул на асфальт, вопя от страха: «Не стреляй! Что я тебе сделал?!»
Этот вопрос, слетевший с уст человека, ответственного за гибель 800 тысяч людей, звучит как издевательство над историей. В одном только Ясеноваце, «хорватском Освенциме», усташи Павелича уничтожили сотни тысяч сербов, евреев и цыган. Его программа была предельно циничной: треть сербов убить, треть изгнать, треть обратить в католичество.
После краха Третьего рейха Павелич прошел классический путь нацистского преступника: бегство в Австрию, жизнь в монастырях под видом священника, фальшивый паспорт венгерского инженера и, наконец, Аргентина. Югославия требовала выдачи, но Буэнос-Айрес хранил молчание. Однако покушение изменило всё. Мировая пресса задалась неудобным вопросом: почему палач, на руках которого кровь сотен тысяч невинных, спокойно обедает в ресторанах и гуляет по улицам? Аргентина дрогнула и согласилась на экстрадицию. Павелич, едва оправившись от ран, бежал в Чили, а затем в Испанию.
Пулю из позвоночника извлечь не удалось. Последние два года жизни превратились для него в медленную агонию: раны гнили, диабет усугублял страдания, и он был прикован к больничным койкам. В 1959 году, в возрасте 70 лет, «друг Гитлера» скончался в Мадриде.
Долгое время ходили слухи, что за покушением стояла югославская спецслужба УДБА, известная своей охотой на нацистских преступников. Но правда оказалась иной. Лишь в 1999 году черногорец Благое Йовович, бывший партизан и четник, признался: это он вместе с двумя сообщниками выследил Павелича. Он не был агентом спецслужб — им двигала личная ненависть и жажда возмездия за свой народ.
Павелич, отправивший тысячи хорватских легионеров на верную смерть под Сталинград, в итоге получил то, что заслужил — пусть и с опозданием. И хотя он прожил долгую жизнь, финал его был символичен: человек, который при жизни превращал жизни других в ад, последние годы провел, буквально гния заживо, запертый в собственном искалеченном теле.
Комментарии (1)