В истории русской литературы есть два главных злодея. Один — литературный, другой — самый что ни на есть реальный. И если Сальери хотя бы терзался муками совести в пьесе, то убийца Пушкина Жорж Дантес, кажется, не мучился вовсе. Долгие годы мы представляли его этаким лощеным красавцем-французом, пустым повесой, который случайно погубил гения.
Но реальность куда страшнее и извращеннее.
42-летний «папик» и 24-летний офицер
Одной из самых пикантных тайн, окутывающих личность Дантеса, была его связь с нидерландским посланником бароном Луи Геккерном. В 1836 году 42-летний дипломат, который никогда не был женат, усыновляет 24-летнего офицера. При том, что у Жоржа был жив и здоров родной отец. Петербургский свет, который любил посплетничать, тут же сделал свои выводы. Князь Трубецкой прямо писал: «Не знаю, как сказать: он ли жил с Геккерном или Геккерн жил с ним... Судя по всему, в сношениях с Геккерном он играл только пассивную роль». Этот скандальный союз дал юному авантюристу не только фамилию, но и доступ в высший свет, деньги и связи. Именно Геккерн «взрослый мужчина» влюбился в красавца-офицера и сделал его своим «приемным сыном», чтобы тот мог блистать при дворе.
«С радостью сделал эту новость достоянием общества»
Ирония судьбы в том, что сам Пушкин, сам того не зная, распространял об убийце самый унизительный для мужчины слух. В своём дневнике поэт записал: «О том, что Дантес предается содомскому греху, стало известно мне первому, и я с радостью сделал эту новость достоянием общества. Узнал я об этом от девок из борделя, в который он захаживал…». Да, проливая свет на порочную связь француза, сам поэт невольно играл на руку тем, кто его уничтожал, пикантно намекая на истинную суть отношений. Лишь позже современники догадались, что вся эта история — лишь верхушка айсберга. Усыновление Дантеса было проведено с нарушением трех пунктов французского законодательства. Геккерн нуждался в Дантесе не меньше, чем Дантес в нём.
Циничная женитьба на сестре
Накануне рокового 1837 года разразился скандал. Чтобы замять историю и отвести от себя подозрения в связи с женой Пушкина, Дантес совершает поступок, поражающий своим цинизмом. Он делает предложение Екатерине Гончаровой — старшей сестре Натали, жены поэта. Светские остряки тут же окрестили бедную девушку не иначе как «ручкой от метлы», намекая на её далеко не модельную внешность. Истинная цель этой женитьбы была отвратительна: став формальным шурином Пушкина, Дантес получал законный повод находиться в доме Гончаровых и продолжать флиртовать с Натали. По городу поползли слухи, что брак с «некрасивой сестрой» — лишь прикрытие для связи с главной петербургской красавицей. Пушкину намекали на это открытым текстом, и именно это бешенство и чувство публичного позора толкнули его на верный выстрел.
Счастливая старость убийцы
Но самый шокирующий факт о Дантесе лежит вне границ романа — это его невероятно успешная жизнь после убийства. Сразу после дуэли барона разжаловали и выслали. По законам военного времени ему грозила смертная казнь, но над ним сжалились. Напуганный до полусмерти, он так поспешно бежал из России, что за 4 дня умудрился преодолеть 800 верст. Вернувшись во Францию, Дантес сделал блестящую политическую карьеру. Он стал членом Генерального совета, депутатом, мэром родного города и близким другом императора Наполеона III. 27 марта 1852 года он был назначен пожизненным сенатором Второй империи, сохранив этот пост до 1870 года. Более того, этот человек, обагривший свои руки кровью гения, работал агентом русского посольства. Вплоть до 1880-х годов он передавал в Петербург ценнейшие сведения. Последние годы он провел в своем родовом замке, окруженный детьми и внуками, и умер в возрасте 83 лет.
Памятник самому себе
У Дантеса не было чувства вины. До самой смерти он хвастался, что именно высылка из-за убийства позволила ему сделать карьеру. По словам его внука Луи Метмана: «Дед был вполне доволен своей судьбой... и не раз говорил, что только вынужденному из-за дуэли отъезду из России обязан своей блестящей политической карьерой». Он считал, что «солнце русской поэзии» закатилось во славу его личного благополучия. Гений умер, чтобы убийца жил припеваючи. За почти два века правда обросла мифами, но одно остаётся неизменным: перед нами был не пылкий любовник, не жертва обстоятельств, а хладнокровный и расчетливый авантюрист, чья биография до сих пор способна шокировать.
Комментарии (0)